В истории региональной журналистики полно имен, которые сейчас незаслуженно пылятся в архивах. Одно из них — Лев Вольфович Поляк. Человек, который руководил радиовещанием целой области, спорил с партийным руководством и в итоге нашел свой дом в Юрьевце, который полюбил всем сердцем.
Его биография похожа на приключенческий роман, где за каждым поворотом — крутой излом советской истории.
Загадка фамилии и детдомовское детство
Лев родился в Житомире в марте 1909 года. Семья интеллигентная — отец работал учителем. Но рано умерла мать, и четверых детей пришлось отдать в детский дом. Там и случилась первая путаница. При оформлении документов маленького Леву записали Поляковым — так в детдоме часто оформляли сирот.
Мальчик вырос, пошел работать на фарфоровый завод, вступил в комсомол. В 18 лет он уже трудился слесарем на вагоноремонтном заводе в Днепропетровске. Женился рано, в 19 лет, на такой же активной комсомолке Оксане Ланько. Молодую пару тут же отправили по комсомольской линии в Каменец-Подольск, где 20-летний Лев неожиданно для самого себя возглавил райком комсомола.
В 1930 году у них родилась дочь Лариса. А через год Лев решил вернуть себе настоящую, родовую фамилию — Поляк. Сделать это перед вступлением в партию было делом принципа. Самое интересное, что остальная родня так и осталась Поляковыми. Его брат Иосиф под этой фамилией работал литредактором в днепропетровской газете «Зоря», а сестра Ида редактировала газету в Улан-Удэ. Дочь Лариса тоже сохранила фамилию Полякова и позже пошла по стопам отца — работала в «Красном Севере» в Вологде и в наших ивановских районках: тейковской, кинешемской и юрьевецкой «Волге». Настоящая журналистская династия.
От крыла самолета до палубы «Авроры»
В 1931 году Льва призывают в армию. Назначили в Военно-воздушные силы, но служить отправили… на легендарный крейсер «Аврора». Именно на палубе этого корабля Поляк впервые берется за перо и становится редактором газеты «Авроровец». К слову, один из номеров этой корабельной многотиражки до сих пор хранится в Юрьевецком музее.
После службы Лев Вольфович окончательно уходит в печать. География его работы впечатляет: руководил районными газетами в Шимске под Ленинградом и в вологодском Белозерске. Потом возглавил вологодский «Красный Север» и получил должность председателя областного комитета радиовещания.
Перед самой войной Поляк заведовал сектором печати в Вологодском обкоме. Когда немцы перешли границу, он сразу написал заявление — просился добровольцем на фронт. Но вместо передовой его отправили в тыловой город Сокол. Партии нужен был жесткий и честный управленец на заготовку строевого леса для нужд фронта. Поляка выбрали секретарем райкома.
В Соколе его обожали. Лев Вольфович начисто лишен был чиновничьего высокомерия, располагал к себе искренностью и редким обаянием. О нем даже ходила местная частушка: «Дайте Сокол, дайте Сокол, дайте Сокольский райком! Дайте дролю к телефону — секретарь райкома он». Сам Лев, кстати, отлично пел, знал сотни частушек и русских народных песен, так что легко становился душой любой компании.
Главный собкор Волжского правобережья
После победы Поляк успел поработать во владимирском «Призыве», а в 1957 году переехал в Ивановскую область, став собкором «Рабочего края». Ему предлагали теплое место в областной редакции в Иванове, но он отказался. Лев выбрал живую работу «на земле» и уехал собкором по волжским районам. Курировал Кинешму, Юрьевец, Пучеж и Сокольское. Поначалу базировался в Кинешме, но вскоре перебрался в Юрьевец. Этот город на Волге очаровал его навсегда.
Даже выйдя на персональную пенсию в 1969 году, Лев Вольфович не смог сидеть без дела. Он возглавил юрьевецкую организацию Союза журналистов СССР, возился с молодыми авторами из газеты «Волга», учил их ремеслу. При этом сам продолжал писать: выдавал острые, смелые критические материалы, защищал права рабочих и двигал местную прессу вперед.
Льва Вольфовича Поляка не стало 28 января 1973 года. Ему было всего 64.
Журналистская судьба сохранила его адрес в Юрьевце. Корпункт «Рабочего края» и квартира Поляка находились на улице Ленина, в доме 173-а. Этот дом до сих пор помнит человека, который умел превращать казенные строчки в живую историю.